7 августа 2014 года украинец Андрей Яковлев перешёл в ряды самого титулованного клуба Беларуси. Как-то новичок БАТЭ признался, что очень рад переходу в борисовский клуб. Его характеризуют как техничного и быстрого атакующего полузащитника. 25-летний Яковлев в именитых клубах не играл, а в Беларусь попал из словацкого «Татрана». В общем же начиная с 2007 года он каждый сезон менял клубы. Посмотрим, насколько Андрей задержится в БАТЭ.

Яковлев дал интервью сайту by.tribuna.com, в котором рассказал о президенте, Беларуси и последних украинских событиях. Портал VBORISOVE.BY выбрал самые интересные вопросы.

Фото fcbate.by

– Что тебя удивило в Беларуси?

– У вас о президенте мало кто говорит. А если и говорит, то с какой-то опаской. Некоторые люди как будто перепуганные. Но в целом все такие, спокойные, плавные. Украинцы другие. «Эй! Оу!», шум-гам. Выпивка продается ночью. Дискотеки гремят. А у вас санаторий. Тихо. Мне нравится… Правда, я не ожидал, что в Минске такие пробки. Не Москва, конечно, но напрягает.

В Украине Беларусь воспринимают, как последний кусочек СССР. Когда я собрался к вам, то думал: «Все, еду в Совдепию». Но приехал, а тут все по-другому. Чисто. Красиво. Убрано. Новостройки симпатичные. А Совдепией вас, наверное, считают из-за президента. Людям в других странах он кажется немного советским руководителем. Типа Сталина или Брежнева… А так, я приехал и мне у вас все нравится. Очень нравится.

В футбольном же смысле удивила только раздевалка в Новополоцке. Команда хорошая, про тренера с уважением говорят, вроде бы все окей. Но я в жизни никогда на таком ужасном стадионе не играл. Честно. Не думал, что в Беларуси могут быть подобные условия. Два раза играл в Новополоцке – за «Слуцк» и БАТЭ. Оба раза в раздевалке не было горячей воды. Это ненормально. Может, кому-то и мелочь, но на самом деле нет. Футболист после матча перенапряжен, ему нужно плавно остывать. А тут холодная вода. Это неправильно… Канава какая-то.

– Ты так и не заиграл на Родине.

– Украина в плане футбола – это папин дом. Все по знакомству. Если ты лет в 18-19 не попал в высшую лигу, то сделать это потом практически нереально. Ужасно. Ведь в первой и второй лигах есть очень много хороших ребят. Дико все это. Но это есть. В высшей лиге играют одни и те же. Из новых лиц – только молодежь.

Я поэтому и поехал в Словакию. Дома натерпелся. Несколько раз почти подписывались с командами из высшей лиги. Тренеры рассказывали мне, какой я офигенный, какой у меня потенциал сумасшедший. Но тут приезжал именитый футболист и начиналось: «Ну, ты же понимаешь… Он в высшей лиге поиграл…» А я ничего не понимаю. И не хочу понимать. Вижу, что этого человека полностью перебегаю, вижу, что технически сильнее его… Это ужасно. Это неправильно. От этого футбол не будет расти.

Вот и уехал. И от Словакии у меня – только положительные эмоции. Попал в «Татран». Классная команда. Европа. Все чисто и спокойно. Болельщиков много. Узнавали на улицах. Прикольно было. Дедушки-бабушки переживали за команду, в атрибутике по городу гуляли. Приятно.

– Каким языком ты пользовался в Словакии?

– Английским в основном. На примитивном уровне – словацким. Он чуть на украинский похож. Мы с местными ребятами понимали другу друга. Вообще, мой родной Харьков – исключительно русскоговорящий город. Но я хорошо знаю украинский. Красивая у нас мова. В нашей стране дела в данном отношении обстоят не так, как в вашей. Честно, я очень удивлен. У нас ведь украинский используется в кинотеатрах, в рекламе, в новостях. Все на украинском.

Когда ехал в Беларусь, думал, тут люди будут общаться на белорусском. Но за все время, что выступаю у вас, слышал местный язык всего раз. В Слуцке однажды какой-то дед что-то ляпнул. И знаешь, говорят, языки похожи, а я ничего не понял. Что он от меня хотел?…

– Наверное, надо задать этот вопрос. Что скажешь о нынешней ситуации в Украине?

– Меня это трогает. Каждого украинца это трогает. Страшно. Страшно, что в 21 веке мы докатились до того, что воюем. И с кем? Это страшно. Что еще сказать?… До Харькова двести километров, но я все равно опасаюсь за маму. Страшно… И с кем воюем? С русскими. Беларусь, Россия, Украина считались братскими странами. А теперь у украинцев и россиян конфликт…

– После произошедшего ты можешь назвать россиян братьями?

– Честно… Нет. После всех событий – нет. Не знаю, почему. Просто на уровне ощущений. Наши люди умирают. Страшно смотреть. Я не радикальный националист, у меня нет желания идти на русских с ножом, но все происходящее неприятно… Хотя думаю, русские сидят у себя и тоже обижаются на нас. Правда, зачем им обижаться? Забрали себе Крым и обижаются… Быстрее бы все это закончилось.

Фото fcbate.by



КОММЕНТАРИИ