Есть некая тайна, парадокс образовательной политики Беларуси. Это особенно отчетливо мы наблюдаем в последнее время. С одной стороны, существует масса свидетельств того, что наше образование неэффективное, некачественное. Имеются свидетельства международных организаций, например, Всемирного банка, оценки независимых экспертов и чиновников, причем самого высокого уровня. С другой стороны, это самое качество повышать не собираются.

Чиновники критикуют

Хотя и раньше состояние нашего образования вызывало тревогу, но года три назад беспокойство начали проявлять чиновники высокого ранга. Даже Анатолий Рубинов (создатель мифа о самобытности белорусского образования, оправдывавшего политику самоизоляции: “что немцу хорошо, то белорусу смерть”) стал с беспокойством сравнивать нас с развитыми странами.

На уровне правительства наиболее яркие заявления делал бывший вице-премьер Анатолий Тозик. Порой он задавал наивные вопросы, чтобы потом дать на них сокрушительные ответы.

Такие заявления показывали, что даже осторожные в своих суждениях чиновники не могут больше закрывать глаза на явные перекосы и нелепости белорусской образовательной политики.

Критике подвергались не только бессмысленная расточительность и неэффективность использования довольно скромных средств, которые тратятся на нашу школу, но и стратегические решения высшей власти, приводящие к катастрофическому падению академических стандартов и качества подготовки выпускников.

Всемирный банк беспристрастно констатировал, что такой ключевой показатель эффективности затрат, как количество учащихся, приходящихся на одного учителя в системе и начального, и среднего образования, является одним из самых низких в регионе. Более того, несмотря на сокращение числа учащихся, численность учителей не только не сокращается, но продолжает расти. И наши высокопоставленные чиновники поражаются тому, что 20 лет назад в Беларуси на 1,5 миллиона учеников приходилось 123 тысячи учителей, а сегодня на 900 тысяч учеников – 132 тысячи педагогов. По оценке Анатолия Тозика, эта ситуация усугубляется диспропорциями в подготовке педагогических кадров.

Всемирный банк констатирует

Если судить по формальным показателям образованности, то Беларусь должна была бы иметь исключительно высокое качество человеческого капитала. Совокупный охват общим средним образованием увеличился в Беларуси с 86,3% в 2000 году до 107,4 % в 2011 году (превышение 100% за счет повторно обучающихся). Охват высшим образованием достиг 85% или 467 студентов на 10 тысяч жителей, что является одним из самых высоких показателей в мире.

Однако по данным Всемирного банка в стране усиливается проблема несоответствия квалификации работников требованиям рынка. В Беларуси в наибольшей степени предприятия отмечают сложности с подбором квалифицированных работников. Даже в тех случаях, когда имеется значительное количество специалистов с официальными дипломами высокого уровня.

Другими словами, наша профессиональная школа – и высшая, и средняя – плодит неумех и недоучек в рекордных для региона масштабах.

Ситуация в средней школе, пожалуй, еще тревожнее. Анатолий Тозик назвал ее “ахиллесовой пятой” сферы образования. Впервые со времени дискуссий о возвращении одиннадцатилетки реформа среднего образования 2008 года была подвергнута такой сокрушительной критике одним из руководителей правительства. Выводы рабочей группы, которую возглавлял Тозик, были беспощадны: за счет 11-летнего среднего образования и пятидневной учебной недели белорусская школа оказалась в огромном отрыве от мировых лидеров по качеству среднего образования.

Три переменные образовательной политики

Любая образовательная политика балансирует три переменные – доступность, качество и расходы – во имя какой-то базовой цели. Если власть озабочена качеством, например, высшего образования, она должна либо увеличивать расходы, либо уменьшать прием в вузы, либо делать и то, и другое.

По данным ЮНЕСКО о количестве людей, получающих среднее специальное, высшее и послевузовское образование в расчете на 10 000 человек населения, Беларусь занимает четвертое место в мире. Мы в лидерах по количеству студентов. Доступность образования приобрела анекдотичный характер. У нас на первом курсе мест больше, чем выпускников средней школы, временами, процентов на 20-30. Непонятно, кем же должны быть заполнены эти места? Вместо того чтобы устанавливать всякие селективные фильтры, мы их убираем. В прошлом году студентом вуза можно было стать, даже получив 3 балла из ста по централизованному тестированию.

Еще можно найти оправдание безграничному расширению доступности высшего образования или наращиванию числа учителей вопреки экономической эффективности. Но как объяснить, почему государственная образовательная политика так последовательно и упорно приносит в жертву качество образования?

Конечно, все это можно делать неэффективно, но делать все равно пришлось бы. Можно тысячу раз призывать друг друга к повышению качества образования, но без изменения баланса переменных образовательной политики ничего не изменится. Однако никаких признаков перемен не наблюдается.

Народ хочет стабильности, президент ее дает

Критики нередко видят причину наших неудач в сверхцентрализации управления образованием. Даже чиновникам кажется иногда, что дисбалансы образовательной политики – это результат неправильного распределения полномочий.

В конце 2013 года парламентские слушания по Кодексу об образовании отчетливо обозначили запрос на децентрализацию управления и расширение автономии учреждений образования. И даже оптимизация существующих расходов на образование, по мнению некоторых чиновников высокого ранга, невозможна без расширения самостоятельности школ и университетов.

Но эти призывы не находят отклика у того, кто по закону определяет государственную образовательную политику и гарантирует ее реализацию. 107-я статья Кодекса об образовании закрепляет эти полномочия за президентом. Следовательно, задача балансировать переменные образовательной политики – это его обязанность. И если мы видим диспропорции и деформации в образовании, то либо здесь допущены ошибки при формировании такой политики, либо мы неправильно понимаем ее цели.

Статья 107 Кодекса об образовании. Компетенция президента Республики Беларусь в сфере образования

Президент Республики Беларусь является гарантом реализации права граждан на образование, определяет государственную политику в сфере образования, гарантирует реализацию основных направлений государственной политики в сфере образования, обеспечение преемственности и взаимодействия государственных организаций в сфере образования и осуществляет иные полномочия в сфере образования, определяемые Конституцией Республики Беларусь, настоящим Кодексом и иными законодательными актами.

Возможно, качество образования в такой системе ценностей не в первую очередь связано с требованиями рынка труда. У нас нет документа, который закреплял бы на уровне закона базовые цели образовательной политики. Нет у нас и места, где согласовывались бы заинтересованными группами различающиеся или конфликтующие цели системы образования. Обычно это происходит в парламенте. Но, как известно, парламент у нас не место для дискуссий. Поэтому образовательная политика у нас во многом является неявной.

Остается предполагать, что качество в понимании творца образовательной политики представляет собой проекцию какой-то более общей ценности, например, политической стабильности.

В образовании стабильность проявляется в лояльности (верности и отвержении всякой альтернативы) и управляемости (послушном исполнении команд). Поэтому нет ничего удивительного, что призывы некоторых реформаторов к децентрализации и к расширению автономии учреждений образования встречают яростный отпор. В такой самостоятельности и расширении полномочий видится угроза базовым ценностям существующей образовательной политики. Возможно, в современной Беларуси лояльный и управляемый выпускник нужнее, чем компетентный специалист?

Однако страх перемен в образовании – это и доминирующее настроение значительной части электората. “Никаких реформ” – это знак того, что власть отвечает на ожидания народа.

Экспертам и некоторым чиновникам кажется, что с качеством образования дело обстоит совсем плохо, а опросы социологов свидетельствуют: большинство населения вполне довольно тем, что есть, и не хочет перемен. Отзывчивость власти состоит в способности слышать эти сигналы большинства и откликаться на них.



КОММЕНТАРИИ