Международный день глухих отмечается в Беларуси 30 сентября. Накануне этой даты корреспондент МЛЫН.BY побеседовала с работницей борисовского филиала УП «Виток» Клавдией Коледой.

Симпатичная темноволосая женщина слегка смущается неожиданному вниманию — не каждый день приходится давать интервью! Сидим с ней в одном из рабочих помещений предприятия, где большинство работников — люди, имеющие проблемы со слухом. Клавдия трудится здесь уже много лет.

— Не бойтесь. Если сможете, постарайтесь говорить сами. Нет — я вам буду помогать, — успокаивает Клавдию сурдопереводчик Ольга, дублируя только что сказанные вслух слова жестами.

Собеседница утвердительно кивает и начинает говорить. Речь внятная и связная — мне понять несложно. А вот Клавдии, несмотря на то что она хорошо читает по губам, порой становится трудно. В этом случае прибегаем к помощи сурдопереводчика.

Слабослышащей Клавдия была не всегда. Родилась без каких-либо отклонений по здоровью. Но росла достаточно болезненным ребенком, а в третьем классе попала в больницу с воспалением легких. Врачам пришлось удалить аденоиды, и девочка после этого резко начала терять слух. Учиться в обычной школе она уже не могла и в шестой класс пошла в специализированную школу для слабослышащих.

— Тогда я не понимала, что со мной происходит и что слух ко мне никогда не вернется, — вспоминает собеседница. — Врачи делали какие-то уколы, но они, к сожалению, не помогли. С каждым днем слышала я только хуже. Предлагали операцию, но я отказалась. Был пример знакомой воспитательницы — вмешательство только усугубило ее состояние. Решила не рисковать: какой есть слух, пусть такой и будет. Сейчас не слышу тонкие звуки. Бывает, сижу в комнате, рядом звонит телефон, а я его не слышу. Общаюсь через SMS, «Вайбер», «Скайп».

Клавдия — самый младший ребенок в большой многодетной семье. Она родилась в деревне Баранцы Вилейского района. При родах мать умерла. Не смогли спасти и сестру-двойняшку. Отец Клавдии остался один с девятью детьми на руках.

— Я воспитывалась в детских домах — поначалу в доме малютки в Клецке, потом меня перевели в Мозырь и, наконец, в Жодино, — перечисляет Клавдия. — Понимала, что так нужно. Отцу было в то время нелегко. Но когда пришло время идти в первый класс, он забрал меня домой. До болезни училась в Вилейской школе-интернате, после — в Городейской специальной школе-интернате для слабослышащих детей, которую окончила в 14 лет. Это был 1981 год, материальное положение в нашей семье было настолько тяжелым, что учиться дальше не пошла. Уехала в Борисов, куда меня после школы отправили на отработку. Параллельно посещала занятия в вечерней школе. Через шесть лет познакомилась с будущим мужем, переехала в Минск, устроилась на завод, где работало немало людей с заболеваниями слуха. Отношения с мужем не сложились, и через четыре года я с маленьким сыном на руках вернулась обратно в Борисов.

О личной жизни Клавдия рассказывает неохотно. Говорит, неприятно вспоминать некоторые моменты. После развода попыталась построить еще одни отношения, но и они оказались неудачными.

— Единственная радость от них — дочь Анастасия, — о детях женщина рассказывает с большой теплотой. — К счастью, у сына и дочки нет проблем со слухом, они родились полностью здоровыми. Хотя я очень боялась, что первый ребенок родится с отклонениями. Его отец полностью глухой, и врачи делали неутешительные прогнозы. Но, слава богу, обошлось. А вот за дочь была спокойна. Внутреннее чувство подсказывало, что все будет хорошо. Так оно и оказалось.

Дети Клавдии уже взрослые. Сыну 29 лет, работает на водоканале. Дочке через месяц будет 18. Недавно устроилась в магазин — поступить в этом году не удалось, будет пытаться в следующем. Семья живет в малосемейном блоке в общежитии, предоставленном предприятием.

— Живем с соседями дружно. В гости друг к другу ходим, — улыбается Клавдия. — Увы, обзавестись своим жильем не получилось. Бывшему мужу оставила дом, который мы вместе строили. А что-то требовать от государства — не в моем характере. Детей вырастила практически сама. Отец Сергея платил алименты нехотя, а по поводу Настиных алиментов я даже в суд не обращалась. Чтобы мне было легче, сын в 15 лет пошел подрабатывать. По сути, он и отца Насте заменил.

В борисовском филиале предприятия «Виток» Клавдия трудится много лет. Несколько раз пыталась сменить работу, но возвращалась на родное, по ее словам, предприятие. Найти работу таким, как Клавдия, не всегда легко.

— Во-первых, МРЭК может отказать в трудоустройстве по той или иной специальности, во-вторых, многие предприятия не хотят брать глухих и слабослышащих людей на работу. Это ведь нужно нанимать того же переводчика. Поэтому нам часто говорят: для инвалидов по слуху есть специальные предприятия, вот туда и идите. Меня полностью устраивает моя работа. Да, она нелегкая. Но когда ты с душой к ней подходишь, то трудностей особых не испытываешь. Коллектив у нас хороший. Зарплата сдельная. Не сказать, что высокая. Но есть еще льготная пенсия.

Из 150 человек, работающих в борисовском филиале «Виток», больше 80 — инвалиды по слуху. В обязанности Клавдии входит вязание жгутов для стиральных машин, холодильников, автобусов, тракторов, а еще изготовление светодиодных светильников. У женщины большой опыт, к ней часто отправляют учеников. Общение с ними зачастую происходит с помощью жестового языка.

— Сегодняшняя молодежь с проблемами слуха боится говорить и отдает предпочтение жестам, — поясняет Клавдия. — Сама я жестовый язык выучила во взрослом возрасте и то только благодаря бывшему мужу. В школе-интернате, где училась, запрещалось использовать жестовый язык. Нам внушали, что мы должны говорить. На уроке использовали специальные наушники, а когда отвечали, то говорили в специальный микрофон. Сейчас же все по-другому. Жестовый язык дети учат с малых лет, а потом вырастают и стесняются говорить. Некоторые мои знакомые ходят в поликлинику или магазин со своими слышащими детьми или другими родственниками, я же справляюсь со всем сама. Да, ситуации бывают разные. Где-то косо посмотрят, где-то сделают вид, что не понимают. Но я уже давно не реагирую на это и не обижаюсь. Например, в магазине часто пальцем показываю, что мне нужно. А как по-другому?! Вот дочка моя сейчас работает в магазине. Так она, если увидит глухого или слабослышащего человека, всегда подойдет к нему, поможет, если нужно. Мои дети хорошо знают жестовый язык.

Сестры и братья Клавдии со своими семьями живут в Вилейке. Видятся друг с другом редко. По словам нашей героини, в гости она никогда не напрашивается, помощи не просит. Признается, что с детства привыкла рассчитывать на себя. А преодолевать жизненные трудности ей помогает вера.

Во время беседы выясняется, что в этом году исполняется 35 лет как Клавдия на сцене.

— Я очень люблю петь, танцевать, играть в спектаклях. У нас при общежитии есть два кружка, которые посещаю. В школе пела голосом, а здесь научилась жестовой речью. Это когда включается фонограмма, и мы поем. Точно так же и танцуем. Чувствуем ритм от пола. Нам важно объяснить, какая музыка играет — быстрая, медленная, показать движения.

Напоследок интересуюсь, о чем мечтает собеседница.

— Чтобы у детей все сложилось хорошо и они были здоровы. А себе — даже не знаю. Замуж точно не хочу, — смеется Клавдия.



КОММЕНТАРИИ