Пациент ожогового отделения — о том, как чуть не сгорел заживо в Борисове

В один из январских дней чуть больше двух лет назад 28-летний жизнь  Александра Касьянчика координально изменилась. В тот день он вышел на работу пораньше. Начальник попросил помочь заварить топливный бак в машине. Вместе с коллегой сняли емкость, занесли ее в гараж и приступили к делу. Правда, допустили одну существенную, ставшую роковой ошибку — не слили топливо. Нарушение техники безопасности привело к трагическим последствиям, пишет «Рэспубліка».




Дальше в памяти Саши лишь обрывки: пламя на лице, звук спасательных сирен, адская боль по всему телу, больничный потолок, первая встреча с сыном после ЧП, болезненный развод…

— Я жил в Борисове и работал у частника, занимался валкой леса. В день Х перед тем, как ехать в лес, нужно было починить грузовую машину. Начальник начал варить бак, я стоял напротив — и тут прогремел взрыв, — вспоминает Саша. — Практически весь огонь пришелся на меня. Волной отбросило в смотровую яму, никак не мог оттуда выбраться и в то же время чувствовал, что горю. Больше всего хотелось спасти лицо, пытался руками сбросить пламя, но бесполезно. Помню, как начальник и его брат достали меня из ямы, как я пополз на улицу и окунул лицо в сугроб, а оно все равно полыхало. Меня обливали холодной водой — тщетно. Пламя затушили, только укутав покрывалом. 

Свидетелем пожара стал идущий в школу ребенок. Он вызвал «скорую помощь» и спасателей. Когда подоспела подмога, обгоревший Саша качался по снегу в конвульсиях и разрываясь в диком крике.

С места происшествия борисовчанина доставили в борисовскую больницу, а через три дня перевели в минскую БСМП. Здесь он провел в ожоговой реанимации в состоянии медикаментозной комы больше четырех месяцев.

Сейчас Александр находится в ожоговом отделении минской больницы скорой медицинской помощи. Хотя ЧП произошло больше двух лет назад, мужчина по-прежнему проводит в клинике большую часть времени.

Ожоги составили более 70% поверхности тела мужчины. Изначально для лечения ран потребовалось 44 оперативных вмешательства. Донорских ресурсов кожи катастрофически не хватало. Чтобы закрыть раневые дефекты, с одного участка приходилось брать кожу по 3-4 раза. Больше всего пострадала кожа головы: после первой госпитализации у пациента отсутствовали веки, губы, наружный нос. Имелся и перелом голени с ожогом размером около 20 сантиметров.

Саша признается, что самая главная перемена после трагедии — из жизни ушли лишние люди. Из друзей связь сохранилась только с самыми близкими: одноклассниками, армейскими товарищами и хорошим другом из Борисова.

Чаще всего  у койки сына после несчастного случая дежурила мама, хоть ездить в столицу приходилось почти за триста километров — из Калинковичей.

О будущем собеседник говорит с неохотой. Наверное, потому, что видит его смутно. Врачи утверждают, что большинство пациентов с похожими травмами вообще не строят планов на дальнейшую жизнь.

История болезни Александра уже растянулась на семь толстых медицинских карточек. Однако это не финал. Лечение может продлиться еще несколько лет.


Подписывайтесь на VBORiSOVE.BY в Instagram. Мы выкладываем красивые фотографии города и сторис! Подписаться
На сайте отключены комментарии, обсудите этот текст в нашем сообществе во ВКонтакте или Одноклассниках
ВКонтакте Одноклассники

Последние новости в Борисове