Эксперт: Не верю, что полк Калиновского или полк «Погоня» смогут зайти на белорусскую территорию извне, как когда-то Булак-Балахович из Польши

0

"Не думаю, что возможен какой-то экспорт демократии в Беларусь. Этого должны добиваться сами люди".

Полгода назад, 24 февраля, российская армия вторглась в Украину, развязав войну такого масштаба, какого Европа не знала с середины прошлого века. Участие в агрессии приняла и Беларусь, чью территорию РФ открыто использовала для нападения. В международном политическом дискурсе официальный Минск остается едва ли не единственным союзником Владимира Путина в военной экспансии.

О промежуточных итогах войны «Позірк» поговорил с директором Института мировой политики (Украина) политологом Евгеном Магдой.

— Шесть месяцев боевых действий — это не только жертвы и разрушения, но и новые знания. Какие они у вас?

— Первое: теперь мы понимаем, что российско-украинская война станет переломной для международных отношений в Европе. Второе: война стала моментом демифологизации России. Все существовавшие мифы об этой стране напрочь разрушены. В том числе миф о российской армии как одной из сильнейших в мире. Об офицерской чести в вооруженных силах РФ.

Третье: россияне сами уничтожили стереотип о братском для украинцев народе. Ни один здравомыслящий человек не считает, что страной, выбравшей президентом еврея, могут управлять какие-то нацисты. Но все видят, что говорит и к чему призывает российский министр [иностранных дел] Лавров. И как раз военные преступления РФ оказались соизмеримы по масштабу с нацистскими.

Дальше. Украина доказала, что является полноценным государством. Раньше говорили, что независимость досталась украинцам просто так — упала с неба и она им не нужна. А сегодня они отстаивают независимость с оружием руках, и, думаю, все убедились в обратном.

Есть еще несколько измерений. Во-первых, это столкновение самого большого [по территории] государства в мире с самым большим государством Старого Света [среди полностью входящих в Европу]. Очевидно, что это резонирует везде. Во-вторых, это столкновение двух бывших союзных республик — от результата войны будет зависеть поведение других постсоветских стран. И в-третьих, когда-то Украина, как и Беларусь с Казахстаном, отказалась от ядерного оружия, а теперь является объектом ядерного шантажа со стороны России.

Еще факт. Международные организации показали свою импотенцию в ходе этой войны. И ООН, и ОБСЕ, и Красный крест. Мы видим, что в современном мире страна может надеяться только на себя.

Что касается Беларуси, то после Бучи (в Украине предполагают, что жителей этого города в Киевской области убивали российские войска, вторгшиеся с белорусской территории. — Позірк.) мы убедились в одном: без демократической Беларуси не будет безопасной Европы. К сожалению, Лукашенко показал себя верным союзником Путина, и он будет нести за это ответственность.

— Соучастие режима Лукашенко в российской агрессии сильно изменило отношение украинцев к белорусам?

— Я бы сказал, что есть настороженное отношение к белорусскому государству и его позиции. К людям какой-то ненависти нет. Разве что белорусским эмигрантам стало труднее получить разрешение на пребывание в Украине.

Считаю, нельзя ставить россиян и белорусов на одну ступеньку. Потому что таким образом мы только усиливаем агрессора. Если вспомнить известную теорию о триедином славянском народе, то россияне воспринимают украинцев и белорусов примерно одинаково — как младших братьев. Мы не братья — мы соседи. Исходя из этого и должны выстраивать добрососедские отношения.

Война показала то, о чем я говорил неоднократно. Нам [украинцам и белорусам] не хватает информации друг о друге. Мы не должны смотреть друг на друга сквозь призму российской пропаганды. Сегодня есть большое недопонимание между нашими народами. Его необходимо устранять. Мы же никогда не воевали между собой. Никогда между людьми не возникало непреодолимых противоречий.

При этом совершенно понятно, что Украина стремится победить в войне в том числе и для того, чтобы Россия не оставалась в нынешнем виде. Иначе она будет и дальше нести угрозу. А как только Россия потерпит поражение, это может отразиться и на ситуации в Беларуси.

— Как это может произойти?

— Я не считаю, что Украина будет вмешиваться во внутренние дела Беларуси тем или иным образом. Не верю, что полк Калиновского или полк «Погоня» смогут зайти на белорусскую территорию извне, как когда-то Булак-Балахович из Польши. Не думаю, что возможен какой-то экспорт демократии в Беларусь. Этого должны добиваться сами люди.

Понятно, что сегодня не все белорусы могут реально противостоять режиму Лукашенко. Знаю, что самые активные находятся в эмиграции, а внутри страны к человеку могут подойти на улице силовики и задержать за чтение не тех телеграм-каналов. Но все-таки изменения должны происходить внутри страны, а не приходить на штыках из других государств.

— Как вы оцениваете ход войны в течение полугода и какими видите итоги этого периода?

— Россия, вторгаясь в том числе из Беларуси, действительно хотела сменить власть в Украине за три дня. То, о чем писала Washington Post, — правда. Очевидно и то, что россияне рассчитывали на поддержку украинского населения. Ждали, что оно будет их встречать цветами. Этого не произошло. Война приняла затяжной характер.

Затем на ход боевых действий повлияли поставки западного вооружения — сначала гаубиц, затем реактивных систем HIMARS. Это позволило ВСУ уничтожить более сотни складов боеприпасов в российском тылу. Отношение Запада к войне серьезно изменилось. Если в феврале западные политики были уверены, что Украина не продержится дольше трех-пяти дней, то сегодня они не боятся поставлять мощное оружие.

За полгода войны стало очевидным, как минимум, что Украина сохранит свой суверенитет. Можно спорить о том, когда будет восстановлена территориальная целостность страны, но о ее независимости вопрос уже не стоит. Это свершившийся факт.

Позірк. Навіны пра Беларусь

 

Источник: ex-press.by

Leave A Reply

Your email address will not be published.