Павел Усов: Лукашенко приступил к завершающей стадии оформления «нового государства» и «нового общества» в Беларуси

0

Власти намерены провести через процесс «очищения» всех, кто каким-либо образом был связан с антирежимной деятельностью до и после 2020 года.

Лукашенко приступил к завершающей стадии оформления «нового государства» и «нового общества» в Беларуси, в котором ему будет жить комфортно и безопасно. Это такое общество где, по убеждению диктатора, будут функционировать люди, если не идеологически преданные режиму, то хотя бы политически нейтральные и послушные, пишет политолог Павел Усов.

Политика государства должна быть целиком подчинено этой задачи. По сути, мы наблюдаем за процессом формирования современной государственная антиутопии, которую власти страны стремятся притворить в жизнь методами классического террора и политических чисток.

В обстоятельствах потери базовой легитимности, глубокого политического кризиса и понимания того, что удержать бразды правления в стране без опоры на репрессии невозможно, Лукашенко будет использовать практики террора до тех пор, пока находится у власти. Кроме того, террор и чистки должны обеспечить максимальную консолидацию бюрократического и репрессивного аппарата. В управлении государством должны находиться те, кто понимает свою «великую историческую миссию» и правильность политики репрессий. Именно, для создания «морального права» на репрессии и было сфабриковано дело о «государственном заговоре» во главе с Зенковичем, Федутой, Костусевым.

Созданию этого «нового государства» нео-тоталитарного типа в Беларуси режим Лукашенко фактически подчинил все ключевые социально-политические институты, которые, как и в путинской России, создают «удобную реальность», с максимально высоким уровнем внутренней мобилизации и напряжения.

То, что на днях Лукашенко заявил о возможности амнистии для определенных категорий политических заключенных совсем не означает надежды на оттепель и уменьшения давления на общество.

Во-первых, мотивацией диктатора в этом вопросе, не является проявление «доброй воли». Здесь, скорее можно говорить о его уверенности в том, что ему удалось полностью восстановить внутренний контроль в стране и что репрессивный аппарат справился с кризисом. С другой стороны, очевидно, что внешнее влияние оппозиционных структур на беларусов в значительной степени уменьшилось. Помимо страха общество переживает фазу разочарования и охлаждения, поэтому освобождение даже нескольких десятков и даже сотен человек из тюрем не повлияет на ситуацию. Более того некоторых «раскаявшихся» можно будет использовать в пропагандистских целях, как это было сделано в отношении к Воскресенскому или Протасевичу.

Во-вторых, есть целый ряд требований, которым «заключенный» должен будет соответствовать. Прежде всего, нужно понимать, что под амнистию не подпадут наиболее опасные «враги государства». В свою очередь, ключевым условием будет являться раскаяние заключенного, написание прошения о помилование на имя «президента» и обещание вступить «на правильный путь». Это моральный и психологический вызов для тех, кто находится в тюрьме. Именно на морально-психологическое подавление и работает авторитарная система.

Более того, как показывает практика, «прошение» и так называемое «сотрудничество со следствием» (пример Юрия Зенковича в деле о «заговоре») не являются гарантией свободы. Оно, среди прочего, может быть инструментом целенаправленного разрушения психики и подавления человека, находящегося в тюрьме.

Манипулируя «прошениями» или «сотрудничеством со следствием» репрессивные органы целенаправленно создают иллюзию надежны на освобождение, которое заключенные может купить ценой собственных убеждений. «Администрация» усиливает эти надежды, вытягивая из человека все что нужно, от «покаяний» «признаний», до «самооговоров» и «свидетельств» по отношению к другим. Получив, все что было необходимо «власть» цинично лишает этой «надежды», присуждая огромные сроки или отказывая в амнистии.

С трудом можно представить состояния человека, попавшего в такую ловушку, это дьявольская психологическая пытка, цель которой довести человека до крайней степени отчаяния и самоуничтожения.

В-третьих, «амнистия» не означает прекращения системных репрессий и чисток. Они продолжатся, приобретая новые формы. В речах Лукашенко можно уловить термин, распространенный в тоталитарных системах, – «перевоспитание». Возможно, что режим поставил перед собой фундаментальную задачу по психо-идеологической и политической фильтрации граждан и переформатирования личности тех, кто проявил нелояльность, посредством реализации комплекса репрессивно-административных мер и процедур.

Главным инструментом, как и всегда, будет прямое физическое давление: арест, задержание и заключение, посредством которых человека вынуждают признать свои ошибки и отказаться от неверных идей. Этим объясняются регулярные волны массовых задержаний. Репрессии являются уже не формой исключительно подавления, а механизмом фильтрации и «очищения». Можно смело утверждать, что власти намерены провести через процесс «очищения» всех тех, кто каким-либо образом был связан с антирежимной деятельностью до и после 2020 года.

Одновременно с этим правящий класс стремится внедрить новые практики расправы, перевоспитания и чисток, как то возможность лишения гражданства противников «нового государства», действующих ему во вред, а также особый подход к тем, кто получил «карту поляка» и подобные «вредные документы». Для режима важно показательно устранить из беларуского общества, тех кто бросил ему вызов, а всех остальных следовать/соответствовать только правильным ритуалам и формам «нового государства».

Конечно, можно долго рассуждать о том, хватит ли у режима Лукашенко ресурсов и времени, для построения «нового государства», тем не менее, очевидно, что от этих попыток отказываться он не станет, не считаясь тем, какие разрушительные последствия проект «нового государства», будет иметь для Беларуси.

Источник: ex-press.by

Leave A Reply

Your email address will not be published.