Подробности таких судебных разбирательств редко освещаются, да и рассматриваются подобные дела хоть и в открытом, но особом суде — гарнизонном. В начале ноября в Борисове военный судья озвучил приговор: старшего инспектора ГАИ, майора милиции, признать виновным в превышении власти, сопряженном с насилием, и назначить наказание в виде лишения свободы на три года и шесть месяцев в исправительной колонии усиленного режима с лишением должности на пять лет и звания. Сторона обвиняемого не согласилась с приговором, уверяя, что он стал жертвой сговора знакомых между собой людей. На прошлой неделе была подана кассационная жалоба, сторонники инспектора посчитали решение слишком суровым — «ведь у пострадавшего только синяки и ссадины». А все началось с того, что во время ночного дежурства инспектор заметил на проезжей части идущего неровной походкой пешехода. Он подъехал, чтобы упредить нарушение, и увидел, что этот мужчина — его бывший начальник.

Сразу отметим, что ранее не судимый 34-летний обвиняемый (назовем его Максим) не признал вину, на суде утверждал, что стал жертвой оговоров: он посчитал, что у свидетелей и потерпевшего был мотив мести. По словам представителей стороны обвиняемого, около двух лет назад начальник был смещен с должности. Мужчины поддерживали нормальные отношения в коллективе, встречались друг с другом дома, обедали, общались, неприязни не было, по крайней мере до минувшего января, когда все и случилось.

События происходили на центральной улице одного из райцентров Минской области. В показаниях потерпевшего Алексея (имя изменено), занимавшего должность начальника районного ГАИ до ноября 2011 года, рассказана предыстория: «В тот вечер я был в ресторане с кумом, выпил около 0,3 литра водки. Потом я ушел из заведения, проходил около автобусной остановки и оказался на проезжей части». А вот насчет того, что было дальше, показания разных сторон кардинально расходятся.

Версия Максима такова: «Я находился на службе. На проезжей части заметил человека — тот шатался из стороны в сторону. Подъехал с включенными проблесковыми маячками, чтобы предотвратить нарушение. Оказалось, что пешеход — бывший начальник. Я услышал в свой адрес нецензурную брань, после этого мужчина попытался ударить патрульную Skoda Octavia ногой. [Это сильно задело 34-летнего инспектора, как сообщила позже сторона обвиняемого. — Прим. Onliner.by.] Я попытался задержать его, но он стал убегать. Вызвал по рации помощь, погнался вслед. Алексей, пробежав через двор в гаражный массив, упал и там же был задержан. Насилия я не применял, унизить не пытался».

Все произошло на этом перекрестке. В кадре виден переход, о котором идет речь в деле. Чуть дальше вправо — остановка

Запись с регистратора, установленного в патрульном автомобиле, зафиксировала, как потерпевший шел по краю проезжей части, на нем не было фликеров. Остальное обзор камеры не позволил увидеть. По неизвестной причине запись не сохранилась.

После конфликта на дороге потерпевший убежал во двор — между белым забором и пятиэтажкой

 

Те же события Алексей описал совсем по-другому: «Я немного вышел на проезжую часть возле остановки (то есть не на переходе), чтобы перейти дорогу, так как между переходом и тротуаром был снежный вал. Хотел дойти до остановки, где снега не было. Подъехал автомобиль Skoda Octavia, который числится за ГАИ, без спецсигналов. Вышел Максим, потребовал покинуть проезжую часть. Когда я выполнил указание, он нецензурно высказал претензию по поводу совместной службы в минувшие годы, после чего начал толкать, повалил на землю, натянул на голову куртку и стал бить руками и ногами. Я вырвался и убежал, Максим — следом. Во дворе он сбил меня с ног, удары возобновились. В этот момент подоспел сотрудник милиции и оттащил инспектора. Другой милиционер отвез меня в РОВД, откуда я пошел домой [через черный выход, он знал цифровой код замка. — Прим. Onliner.by], ведь протокол задержания не составлялся».

Преследование продолжалось в этом дворе

 

В райбольницу Алексей обратился только через два дня с просьбой «снять побои». В заключении медиков значатся синяки на коленях обеих ног, ссадины на голени, синяк на пояснице. Сторона обвиняемого предполагает, что эти незначительные травмы можно получить и при падении.

Свидетель со стороны потерпевшего — его кум, выпивавший с ним в тот вечер, — убеждал суд, что находился в момент потасовки рядом. К словам Алексея он добавил, что Максим повалил мужчину на землю и сел на него, при этом бывший начальник ГАИ общественный порядок не нарушал.

Максим утверждал: «Свидетель оговаривает меня за то, что в 2012 году я составил на него протокол за пьяную езду». Но заявление суд отверг. Доказательств оговора со стороны потерпевшего (мотив — за привлечение к ответственности кума) не представлено.

Также на заседании выслушали милиционера, который, по его словам, разнимал дерущихся: «Я случайно проезжал в тот момент по улице, на которой все произошло. Увидел, как из Skoda, который стоял без включенных маячков, вышел Максим и пошел в сторону мужчины в гражданской одежде, тот пятился назад. Потом поехал дальше, а когда возвращался, увидел картину: инспектор сидит на мужчине. Тот не оказывал сопротивления, но сумел вырваться и убежал. Я догнал их во дворе. Максим бил человека. Когда я оттащил его, узнал в жертве нападения Алексея. Последний вел себя адекватно, неповиновения не оказывал. А сотрудник ГАИ сказал, что Алексей оскорблял его при гражданских лицах, которые стояли на остановке. На вопрос, зачем все это, инспектор ответил, что бывший начальник во время совместной службы не дал ему алкотест, про нарушение ПДД не говорил».

Зимой этот двор был завален сугробами, поэтому местные жители могли не видеть инцидента

По мнению Максима, в словах милиционера был оговор: «В 2005 году я давал показания для служебной проверки насчет нарушений в составлении служебных документов. Они стали основанием, чтобы понизить в звании брата свидетеля». Суд же не нашел в заключении проверки этих показаний.

Люди, стоявшие на остановке, и жители местных домов показали, что видели лишь, как сотрудник ГАИ «схватил за грудки» мужчину — держал его за одежду. После, по их словам, «гражданский» убежал, а инспектор погнался следом, что случилось дальше, не было видно за сугробами. Свидетели подтвердили: в тот вечер между тротуаром и проезжей частью был снежный вал, в том числе на переходе, расчищена была лишь остановка.

Когда сотрудники РОВД прибыли во двор, на этом месте они обнаружили обвиняемого и подозреваемого

Еще один сотрудник ГАИ рассказал, что было на следующий день: «Я получил рапорты о нарушении бывшим начальником ПДД, а также о применении в отношении него физической силы. Протокол по поводу последнего факта я предложил обвиняемому составить самому». Запись о применении физической силы появилась через день после инцидента, отметка о правомерности отсутствует. Позже действующий начальник РОВД прекратил административное дело за нарушение ПДД. Причиной стала недоказанность виновности пешехода. Дело о неповиновении также прекратили — из-за отсутствия состава правонарушения.

Суд принял решение: обвиняемый превысил предоставленную ему власть из личной заинтересованности, хотел унизить потерпевшего, нарушил тем самым присягу. Показания обвиняемого отвергли, признав их недостоверными. Не приняли во внимание слова двух свидетелей, подтверждавших нарушение ПДД Алексеем, посчитав их противоречивыми. Сторона Максима, готовя кассацию, заметила: «Почему показаниям нетрезвых людей поверили, а на слова не знакомых обоим участникам конфликта упор не сделали?»«Почему выбрали такое суровое наказание, учитывая, что у 34-летнего мужчины есть трое детей, к тому же жена находится в декретном отпуске по уходу за самым младшим [этот факт был отмечен среди смягчающих обстоятельств. — Прим. Onliner.by]«Выходит, дали три с половиной года колонии за ушибленную коленку?»

Заметим, часть 3 статьи УК «Превышении власти», которая фигурирует в приговоре, не предусматривает градации травм (например, на тяжкие или легкие телесные повреждения). В ней сказано: «Умышленное совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы прав и полномочий, предоставленных ему по службе, повлекшее причинение […] существенного вреда правам и законным интересам граждан […], сопряженное с насилием, мучением или оскорблением потерпевшего […]». Санкция статьи — лишение свободы на срок от 3 до 10 лет с конфискацией имущества или без конфискации и с лишением права занимать определенные должности.

По закону «Об органах внутренних дел», сотрудник может применить силу, предупредив об этом (исключение — если промедление может повлечь тяжкие последствия), и только в том случае, когда пресечь преступление (правонарушение) ненасильственными способами невозможно. Причиненный вред не должен превышать силу противодействия. Суд прислушался к показаниям потерпевшего и решил, что действия Максима «явно выходили за пределы его прав и полномочий, подрывают авторитет органов внутренних дел». Мужчину взяли под стражу в зале суда и направили в тюрьму. Все же это не конец истории — кассационная жалоба уже подана, а следовательно, стоит ждать повторного слушания.



КОММЕНТАРИИ